Первейшее лекарство состоит в том, чтобы не относиться к большому обществу слишком серьезно и интересоваться тем, с кем имеешь дело.
Пол Гудмен


Copyright © 2007
Gestalt Life

Травма, стресс, кризис. ПТСР / Хухлаев О.Е. Психологическая травма «сама по себе». Естественный процесс проживания травмы (отрывок из книги)

1.1. Психологическая травма «сама по себе»
Существует множество теорий, по-разному объясняющих возникновение психологической травмы. Есть специальная литература, в которой подробно освещены различные теоретические модели возникновения
травматических стрессовых нарушений. Я хочу изложить только базовые положения, необходимые для практической работы с травмой. В первую очередь они нужны для того, чтобы понимать каким образом  одна потенциально травматичная ситуация у одних людей вызывает глубокие расстройства, а у других приводит к росту, внутреннему развитию.
Это же нужно и для осуществления грамотной работы по диагностике и планированию помощи людям, пережившим ситуации, которые могут вызвать травматический стресс.

Травма и стресс

Один из важнейших моментов — это прояснение отношений между понятиями «стресс» и «травма». На бытовом уровне стрессом люди называют любое состояние сильного психического напряжения. Однако, с точки зрения Г. Селье, автора теории стресса, любая жизненная ситуация, которая вызывает малейшее напряжение, — это стресс. Он возникает как адаптация организма на новую ситуацию. Так как по большому счету вся человеческая жизнь проходит в изменении, соответственно, мы все время испытываем стресс.
Ключевым моментом в теории стресса является описание его динамики.
Динамика стресса
Его протекание состоит из трех фаз:
• фазы тревоги. Это экстренная краткая реакция на любое изменение. Чем больше изменение, тем больше стресс. Для человека эта фаза (несмотря на название) чаще всего достаточно комфортна. Состояние
здесь скорее похоже на возбуждение. Так, человек, на которого напали грабители в подворотне, может проявить чудеса скорости или неожиданную даже для него самого физическую силу;
• фазы устойчивости. Если с воздействием стрессора невозможно справиться путем краткой ответной реакции, то активируется «глубокая» адаптационная энергия. Тем самым человек входит в состояние
повышенной сопротивляемости. Это активное и относительно уравновешенное, но, главное, работоспособное состояние. Так, студент в ночь перед экзаменом часто способен выучить гораздо больше материала, чем за неделю в обычном состоянии;
• фазы истощения. Если состояние повышенной сопротивляемости сохраняется долгое время, энергия истощается. Это происходит, если закачиваются приспособительные ресурсы организма. Тогда возникают 
различные нарушения как на уровне эмоций, так и поведения. Главное — работоспособность человека резко падает.

Динамика стресса (по Г. Селье)

• фаза тревоги
• фаза устойчивости
• фаза истощения
Если стресс заканчивается истощением и связан с негативными эмоциями, его называют дистрессом. Именно такое состояние истощения возникает при травматических событиях, когда есть угроза жизни для 
себя или своих близких. Тогда воздействия настолько сильные, что сил приспособиться к ним не хватает. В этом случае мы назовем ситуацию травматическим стрессом. Однако мы знаем, что в жизни далеко не всегда острое, напряженное состояние заканчивается истощением. Скорее наоборот. Истощение (или срыв адаптации) не возникает тогда, когда напряжение сменяется релаксацией. Если повышение напряжения (первые две фазы) регулярно сменяется расслаблением, организм получает возможность:
а) восстанавливать ресурсы;
б) тренировать приспособление к стрессу.
Успешное проживание стресса
• напряжение (тревога, затем устойчивое приспособление)
• расслабление (восстановление ресурсов, подготовка к напряжению)
Более того, желание расслабления заложено в нашем организме. Все помнят, как после выполнения чего-то важного, трудного, тяжелого (экзамен, сложное задание) наступало ощущение, что «как будто гора с
плеч свалилась». Да, бывало, наши силы оказывались на исходе. Но после отдыха (т.е. релаксации) мы часто были готовы выполнить еще большую работу (т.е. перенести напряжение).
Такой ход вещей в корне отличается от происходящего при травме. Мы можем стараться забыть то, что произошло, но расслабиться до конца не можем. Почему?

Механизм действия травмы

Целительная реакция релаксации наступает только тогда, когда возбуждение, накопленное организмом в результате напряжения, разряжается. У животных этот процесс протекает спонтанно — сам по себе. Вот как пишет об этом П. Левин: «Эта разрядка венчает нашу реакцию на угрозу, позволяя нам вернуться к нормальному функционированию. В биологии процесс данного рода называется гомеостазом,  указывая на способность организма адекватно отвечать на любые предлагаемые условия и затем возвращаться к исходному уровню, называемому «нормальным» функционированием.
В видеофильме Национального географического общества «Бдительный белый медведь» фигурирует испуганный медведь, преследуемый летящим самолетом, из которого по нему стреляют снотворным. Затем
его окружают биологи и связывают. Когда большой зверь выходит из состояния шока, он начинает дрожать, сотрясаясь в почти конвульсивных движениях. Кажется, что его конечности двигаются хаотично. Движения завершаются тремя глубокими вздохами, которые распространяются по всему телу. Комментатор фильма (биолог) говорит, что такое поведение медведя необходимо для того, чтобы «сдуть стресс», накопленный во время поимки. При замедленном повторе становится ясно, что «случайные» подрагивания ног на самом деле представляют собой скоординированные движения бега — подобным образом животное завершило свой бег (прерванный в момент поимки), разрядило «застывшую энергию», а затем «оголтело» задышало всем телом». Это естественный процесс. Но если нормальная реакция разрядки  останавливается и/или подавляется, возникают симптомы травматического стресса. Если у животного подавить спонтанную разрядку, скорее всего оно погибнет.
Однако у людей все происходит немного сложнее, чем у животных. В результате действия различных, до конца еще не исследованных механизмов травматическое событие запечатлевается в психике. Даже 
забывая на уровне сознания, мы не забываем о случившемся на уровне тела. Память тела позволяет нам обучаться сложнейшим действиям — от починки часов до игры на фортепияно. Та же самая память не дает нам сбросить возбуждение — ведь внутри организма травматическая ситуация еще не завершена. Таким образом, человек, даже выйдя из внешней травматической ситуации (например, из зоны обстрела), несет  ее внутри. Причем это может быть не сильно заметно посторонним — часто люди внешне выглядят достаточно обычно. Вот еще один пример из работы П. Левина: «Три девочки сидят на пластиковых стульях в приемном покое больницы. Они кажутся тихими, ничем не выражая ужаса, который испытали прошлой ночью. В ту ночь они были связаны, трехлетней угрожали пистолетом, затем девочки видели, как их сестра подросток была ранена в голову выстрелом. Они кажутся «спокойными» снаружи, но их физиология говорит совсем о другом. Сердце по-прежнему делает 100 ударов минуту, кровяное давление остается высоким. Биологические вещества стресса насыщают их мозг. Как неподвижная антилопа, эти оцепеневшие дети, хотя внешне и выглядят спокойно, внутренне готовы к экстремальной активации для борьбы или бегства, которых они никогда не смогут предпринять. Эти вещества работают сейчас против их будущего».
Естественно, нельзя быть одновременно «готовым ко всему» (фаза устойчивости по Г.Селье) и находиться в состоянии расслабления. Таким образом, человек попадает в состояние постоянного внутреннего
напряжения — травматический стресс.

Механизм возникновения травматического стресса
1. В травматической ситуации:
• нарастание напряжения,
• запечатление ситуации в психике.
2. После травматической ситуации:
• невозможность завершить ситуацию,
• симптомы «повторения» ситуации (на всех уровнях
психики),
• невозможность расслабления

Возникает вопрос: почему травма запечатлевается в психике? Зачем это нужно нашему организму? В любых, даже самых экстремальных, ситуациях травма возникает только тогда, когда:
• всех наших сил не хватает, чтобы справиться с происходящим так, как мы этого желаем;
• происходит то, чего мы не в силах и допустить (например, гибели своей или близких).
Получается, что травма возникает в разрыве между возможностью изменить ситуацию и смириться с ней, когда ни того, ни другого мы не можем.
Животное в таких случаях умирает. Человек выживает, но ценой того, что ситуация оказывается «отсроченной». Мы как бы откладываем реакцию до того момента, когда сможем или изменить, или, что чаще,
смириться с происходящим.
Обязательные условия возникновения травмы
• нехватка сил справиться с ситуацией
• отсутствие сил допустить такую ситуацию
Этот механизм можно назвать «отсроченное реагирование». Травматическая ситуация в результате оказывается для нас незавершенной. Ее не то чтобы не было вовсе — она была, но еще не закончена. А если
так, то диллема «не могу изменить — не могу допустить» не стоит так остро. Ведь все еще как будто может измениться. Это иллюзия, но именно она позволяет нам выживать в ужасных ситуациях. В результате происходят серьезные изменения в отношениях со временем. Есть одно время — реальное — то, в котором на самом живет человек. Но есть еще второе время, которое остановилось, — это время травмы.
Там все остается без изменений. В результате общения с другими людьми человек может как бы «забыть» произошедшее, отойти от травмы. Но чем больше он уйдет от травмы вместе с реальным временем, тем
сильнее будет удар, полученный при внезапном возвращении обратно. Это можно сравнить с тем, что «чем выше забираешься, тем дольше падаешь. Не случайно дети, вывозимые в лагеря отдыха сразу после
случившегося в Беслане, по приезде обратно демонстрировали более сильные посттравматические реакции, чем дети оставшиеся в городе.
Но при этом и любое воспоминание о травме крайне болезненно. Мы здесь опять сталкиваемся с противоречием:
а) самостоятельно сбросить накопленное в результате травмы возбуждение мы можем, только приблизившись (в реальности или воображении) к травмирующей ситуации;
б) любое приближение к травме несет за собой боль.
Травма ставит нас в ситуацию, которую можно описать через немного измененную детскую шутку — выражение «забыть нельзя вспоминать». Где поставить запятую — каждый решает по ситуации. Чаще всего
запятая ставится после слова «забыть». И это не случайно. Так, по выражению Е. Михайловой, «горевание о всякой потере — это процесс, а жизнь требует немедленного действия, длительного, многотрудного, бесконечного. Оно, естественно, переводит в совершенно другое состояние, помогает отвлечься — так люди отвлекаются приготовлением поминальной трапезы, — но не позволяет сосредоточиться на чувствах».

Механизм отсроченной реакции на травму

Движение между потребностью в забвении и потребностью в воспоминании. Получается, что чем сильнее травма, тем сильнее боль от возвращения к ней. Но тем самым остается меньше шансов для самостоятельного сброса напряжения. Однако, даже испытав схожие переживания, люди по-разному реагируют после завершения ситуации.
Травматический стресс будет тем сильнее, чем более:
• человек воспринимал ситуацию как невозможную;
• человек не мог эффективно противодействовать ситуации (бороться или бежать);
• человек не мог разряжать энергию (был в состоянии оцепенения).
Эти три фактора достаточно очевидны. Трудно говорить об иерархии — здесь уже важны индивидуальные особенности. Но кроме них есть еще четвертый фактор, являющийся, по мнению многих специалистов
по работе с травмой, ключевым. Его можно описать как
• присутствие в жизни человека ранее неразрешенных травматических ситуаций.

См. табл. 1. Факторы, усиливающие и ослабляющие травматический стресс.

Однако течение переживания после травмы различно только на первый взгляд. Факторы, усиливающие или ослабляющие травматический стресс, являются лишь «изюминкой», вносящей индивидуальность в реакцию, построенную по единому принципу: пережить то, что казалось пережить невозможно. Об этой базовой схеме — разделе 1.2.
1.2. Естественный процесс проживания травмы
То, что должно происходить (но не всегда происходит) с людьми после травматического стресса, можно назвать нормальным (или естественным) проживанием ситуации. Не случайно один из самых
распространенных тезисов о работе с последствиями травмы — это высказывание Б. Колодзина: «Травма — это нормальная реакция на ненормальные обстоятельства». Я хочу обратить внимание на первую часть фразы — «нормальная реакция». Это действительно ключевой момент для понимания. Отсроченная реакция на травму — нормально. По-другому и не может быть — ведь это единственный способ выживания (конечно, только в том случае если травма действительно имела место!). Если такая реакция норма, то должна существовать определенная последовательность переживаний, которую можно назвать естественной. Это будет такая динамика, которая (вспомним раздел 1.1) позволяет нам постепенно завершать ситуацию травмы.
Задача нормальных постстрессовых реакций — дозированное предоставление психике впечатлений, допуск только того, что человек может переработать на данный момент. Это очень хорошо видно по культурным традициям, которые построены именно на естественной реакции на травму. Отсроченная реакция на травму — это нормальное последовательное переживание приближения к травме. Кроме того,
что на основе последовательных фаз травмы мы строим оказание помощи (подробнее об этом см. раздел 3.1.), есть еще один важный момент. Знание механизмов протекания травмы самим клиентом само по себе имеет успокаивающее действие. Если человек готов к тому, что с ним будут происходить определенные вещи, знает, что это нормально, то это существенно облегчает его состояние. Есть целый ряд различных теорий, в которых описана такая последовательность. Однако для работы важна та схема, которой можно пользоваться при решении конкретных вопросов. Подход к анализу переживания травмы, который представлен ниже, успешно применяется большим количеством практических психологов в нашей стране.
Базовый постулат, который лежит в основе этой концепции: переживание травмы — это «способ отсрочить столкновение психики с ужасом, от которого можно сойти с ума».
В соответствии с ним можно выделить четыре фазы постстрессовой реакции.
• шок и отрицание,
• гнев,
• депрессию,
• исцеление.

Фаза шока.

Главная задача этой фазы — самоанестезия. Чтобы выжить сразу после случившегося, надо сделать так, чтобы ощущения того, что «все произошло именно так», не было. На этой фазе событие не принимается полностью, для психики оно «не произошло». Человек как бы существует «до события». Так, А. Цветаева, человек блестящей памяти, не могла восстановить картину похорон матери: «Я не помню, как несут, опускают гроб. Как бросают комья земли, засыпают могилу, как служит панихиду священник. Что-то вытравило это все из памяти... Усталость и дремота души. После маминых похорон в памяти — провал».
Возвращение на эту фазу происходит в виде флэшбеков (внезапно возникающих перед глазами картин происходящего), или избегания. Обычное время ее протекания (в ситуации потери близкого) — около 9
дней.
Мы можем заметить два варианта протекания этой фазы. Один вариант — это когда люди демонстрируют заторможенность, вплоть до ступора. Человек может говорить об ощущении оцепенения, как будто он
«накрыт колпаком», отделяющим его от остального мира. Другой вариант развития событий — это, наоборот, хаотические действия, вплоть до полной дезорганизации. При этом могут возникать бурные рыдания, которые можно описать как «крик, чтобы заткнуть свои чувства». Причем в реальном поведении эти два варианта могут совмещаться. Так свидетель описывает 10-балльное землетрясение в Банялука в 1969 г.: «Я не мог двинуться. Никогда в жизни не чувствовал себя таким беспомощным... Люди окаменели и не двигались. Я тоже. Некоторые теряли сознание или стояли как окаменелые... Затем люди бежали  без цели. Находящиеся в парке бежали в направлении зданий, хотя это было абсолютно нецелесообразно. Они бежали, чтобы спасти свою жизнь и кричали как сумасшедшие». Понятно, что тот и другой варианты направлены на заглушение восприятия ситуации. Только «оцепенение» работает через подавление восприятия вообще, а «возбуждение (или ажитация) через создание помех, как бы замусоривание мыслей и чувств, связанных со случившимся.
Варианты протекания шока
• оцепенение (подавление восприятия)
• сверхактивация (создание помех)
Базовое ощущение в ситуации шока — пустота, как будто «что- то вырвали изнутри». Естественно, что об этом человек говорит только тогда, когда может фиксировать свои ощущения, что бывает далеко не
всегда. Кроме оцепенения и/или сверхактивации на фазе шока возможны (но не всегда присутствуют) две формы его проявления:
А. Нереальность и отрицание. Это ощущение того, что происходящего не было. Проявляется оно часто в гневе на тех, кто сообщает о случившемся или напоминает о произошедшем. Но это не действительно гнев
как глубинное чувство, а просто проявление желания «заткнуть» тех, кто напоминает о правде. «Это не может быть мой муж», — может говорить женщина, которой сообщают о гибели супруга. Отрицание возникает, потому что мир полон предметов, которые связаны ситуацией до травмы (например, с погибшим). Эти предметы несут наши проекции, и они вызывают те же чувства, что и раньше. Но при этом ситуация изменилась. Так, к примеру, я держу в руках вещь ушедшего, которая вызывает чувства к нему как к живому. Но в реальности его уже нет — возникает своеобразная «сшибка», выйти из которой можно, только устранив один из элементов реальности. Состояние «нереальности» может порождать безрассудную смелость. Часто у детей и подростков (особенно у мальчиков) эта фаза растягивается на долгое время. Тогда родители и педагоги зачастую не могут «справиться» с ребенком никакими административными методами. Случается, что, один раз попав в «страшную» ситуацию, ребенок переживает ее через создание иллюзии о том, что «страшного не бывает». Так, пациентка известного психотерапевта И.Ялома, которая потеряла близкого человека, говорит: «Я вычислила путь избежать любой боли: я никогда больше не переживу такой боли, если не будет никого столь значимого для меня».
Б. Плач.
На фазе шока человек часто не плачет вовсе так как у него нет сил. Но если плач прорывается, то он в корне отличается от оплакивания. Это скорее рыдания. Они внезапны и безудержны, но это не слезы из
глубины души. Их задача — выброс того, что не держит психика. Безудержный плач возникает оттого, что часть боли проникает в сознание. В душе при этом возникает ужасное чувство и одновременно невозможность его переварить и, следовательно, огромное чувство боли. Здесь плач — это как крик от боли, который помогает не чувствовать происходящее. Чаще всего рыдания не постоянны, а прорываются внезапно, вызывая смущение у как у самого человека, так и у окружающих. Здесь важно помнить о том, что при травме происходит задержка сброса возбуждения, естественного для нетравматического стресса. Плач представляет собой зачастую единственно возможный на фазе шока способ расхода энергии, возникшей в ситуации травмы. Поэтому его наличие — это крайне благоприятный признак. Более того, чем больше в плач вовлечено все тело, тем лучше. Чем сильнее травма, тем меньше вероятность, что человек будет плакать. «Я был пустым, у меня не было места для слез», — говорит человек. Могут пройти месяцы и годы, прежде чем эти слезы выйдут.

Формы проявления шока

• отрицание произошедшего (цель — подавление чувств, связанных с травмой)
• рыдания (цель — сброс напряжения, разрядка травматической энергии)
Фаза шока заканчивается признанием случившегося как реального факта жизни.

Фаза шока

Общее описание
Задача — самоанестезия. Основная фраза — «ничего (или почти ничего) не произошло».
Форма проявления — заглушение восприятия (через оцепенение или повышенную активацию).
Критерий завершения — признание случившегося как реального факта жизни

Фаза гнева.

Главная задача этой фазы — прохождение от формального признания к внутреннему принятию (смирению перед фактом). Основная фраза, отражающая переживания на фазе гнева, звучит так: «Я знаю, что так случилось, но не принимаю этого». Естественно, что неприятие произошедшего рождает злость. Это второй (после шока) способ отложить принятие травмы. Его можно назвать несмирением перед фактом, протестом. Здесь присутствует глубоко бессознательная установка: «если драться, можно вернуть утраченное». Например, человек, который все время винит себя в смерти близкого, зачастую руководствуется установкой: «пока я себя уничтожаю, есть шанс, что все вернется». Огромная важность этой фазы заключается в том, что она предоставляет выход энергии, накопленной из-за незавершения травматической ситуации. При этом она предохраняет от прямого контакта человека с травмой. Таким образом, мы можем сбросить возбуждение без большого риска повторной ретравматизации.
Важнейшим моментом этой фазы является то, что существует целый ряд «подходящих» каналов для выражения гнева. Поэтому в любом случае гнев выходит.

Каналы выражения гнева.

А. Агрессия на источник случившегося.
В этом случае все имеющие какое-либо отношение к событию, вызвавшему травматический стресс, могут стать виновниками. Это один из главных и наиболее естественный канал отреагирования. Всегда «должен быть кто-нибудь, кого можно ругать», и проще всего найти его среди «потенциально» виновных в ситуации. Важно отметить, что ключевым является уверенность человека в том, что именно этот человек или это событие виноваты в случившемся. Только когда человек уверен в правильности «источника случившегося», гнев может выйти.
Б. Агрессия на непомогших помощников.
Это гнев, направленный на всех тех, кто мог (с точки зрения человека) помочь и не помог, т.е. на «безучастных свидетелей». Так, дети часто испытывают злость по отношению к родителям, которые «не спасли». Взрослые — к тем инстанциям, на которые проецируются родительские чуства, в первую очередь это властные структуры.
В. Агрессия на себя самого (вина).
Это обязательный (при нормальном течении отсроченной реакции травмы) канал отреагирования. Причина этого в том, что для обвинения себя можно найти причину всегда. Так, «вина выжившего» — распространенный и хорошо описанный травматический симптом у людей, менее затронутых (по их мнению) травмой, чем другие. У детей часто вина может приобретать совершенно нереалистичные формы.
Иногда попадание в травматическую ситуацию может рассматриваться ими на этой фазе как следствие какого-то их «нехорошего» проступка. Важную диагностическую ценность несет в себе понимание того,
что сильная вина — признак нахождения человека на фазе гнева.
Г. Агрессия на объект потери.
В этом случае возникает гнев на то, что человек потерял с травмой (близкого, спокойную жизнь и пр.). Если причина травмы — потеря, гнев рождается ближе к завершению фазы гнева, потому что есть внутренний запрет злости на умершего. Если мы наблюдаем такую форму агрессии как основную, это значит, что переработка фазой гнева близится к завершению.
Д. Агрессия на высшие силы (гнев против судьбы и бога).
Ключевое выражение, соответствующее этому каналу отреагирования, — «почему так случилось». Смысл этой злости заключается в том, что «я не смиряюсь с судьбой, которая могла такое допустить». Важно,
что агрессия на высшие силы преобладает в конце фазы гнева.

Каналы выражения гнева (сброса напряжения)

Агрессия на источник случившегося
Агрессия на непомогших помощников
Агрессия на себя самого (вина)
Агрессия на объект потери
Агрессия на высшие силы
Приведу примеры проявления гнева в ситуации потери: «Не знаю. Я ничего не чувствую, кроме боли... Я не сплю. Но я не хочу никаких лекарств. Я не больная! У меня столько злости! Я ненавижу всех. Я ненавижу Бога, если он есть. Так не могло случиться. Почему живут негодяи, а Дима погиб? Нет никакого Бога...». «Я сделаю все, что смогу, справедливости я добьюсь. Он (человек, сбивший сына) не должен жить как ни в чем не бывало, когда мой сын в могиле лежит. Я все сделаю для этого. Только были бы силы. Но боюсь — их не хватит. Как бы мне спать, хоть немного? Сколько же может выдержать человек без сна? А если засну, кошмары, мне сын каждый раз снится. И все стоит перед глазами. Как в последний раз».
Важным моментом на фазе гнева является то, что для нормального ее протекания нужно задействовать все направления. Часто после возникновения доверительных отношений с клиентом, пережившим травматический стресс, у него возникает агрессия на психолога. Понятно, что это будет проекцией одного из типичных для этой фазы каналов выражения гнева. Чаще всего при этом в психологе клиент видит еще одного «непомогшего помощника».
Есть еще две стороны (или аспекта) переживаний на этой фазе.
А. Тоскование и поиск.
Этот аспект отчетливо проявляется при травме, связанной с потерей. У человека могут возникать ощущения, что он видит ушедшего на улице, слышит его шаги и т.п. Более того, создается ощущение, что он как бы «ищет встречи» с погибшим. Это, так же как и гнев, своеобразная форма протеста, форма неприятия случившегося. Состояние человека в этом случае можно описать метафорой «тлеющих углей». Часто клиент описывает свое состояние как ощущение того, что он в любую может «взорваться». Особенно сильно тоскование проявляется, если мы не видели тело ушедшего или хотя бы место, с которым связана потеря. В этом случае человеку очень трудно осуществить процесс, обратный идентифицикации (т.е. своего рода разыдентификацию с ушедшим). Частые проявления этого аспекта — перебирание вещей, возвращение к памяти о погибшем, активные рассказы и воспоминания.
Б. Тревога и страх.
Тревога здесь будет связана со стремлением предотвратить повторение события. Человек боится, что эта ситуация может вернуться. Часто тревога может проявляться как паника или как ощущение спутанности сознания. Основные мысли, посещающие человека в этой ситуации: «Случится ли так снова?», «Как я с этим справлюсь?», «Как я буду жить дальше?» Очень часто проявления тревоги носят исключительно
физический характер (головные боли, боли в животе).

Дополнительные стороны переживаний на фазе гнева

Основной принцип — напряжение сбрасывается через тревогу
Тоскование и поиск.
Тревога диффузна, связана с прошлым.
Тревога и страх.
Тревога направлена, связана с будущим
Подчеркну, что иногда на фазе гнева злость как таковая бывает выражена слабо — ее место занимает тревога или тоскование. Однако главный диагностический принцип — это всегда активная фаза, в какой бы форме активность ни проявлялась. Энергетическое падение связано с переходом следующую фазу. Возбуждение снижается только тогда, когда мы и признали, и приняли то, что случилось.

Фаза гнева

Общее описание
Задача — прохождение от формального признания к внутреннему принятию.
Основная фраза — «я знаю, что так случилось, но не принимаю этого».
Форма проявления — протест (в виде гнева или тревоги).
Критерий завершения — резкое снижение активности

Фаза депрессии и оплакивания.

Переход к депрессивной фазе всегда связан с энергетическим падением, с упадком сил. Эта фаза наступает только тогда, когда мы полностью осознали то, что случившееся действительно случилось. В этом случае мы, наконец, столкнулись со всей болью лицом к лицу. Соответственно, задача этой фазы — горевание в прямом смысле слова. Ведущее ощущение здесь можно описать метафорой «поезд на нас наехал».
Если в ситуации потери мы «отпустили» того, кто ушел, приняли ситуацию как свершившуюся, то активность падает, и мы погружаемся в глубины депрессии. При этом человек испытывает ощущение беспомощности и одиночества. Слезы на этой фазе непохожи на рыдания с их активным выплеском энергии. Это слезы оплакивания или грусти, которая сопровождается отсутствием энергии. Ситуации возбуждения на этой фазе говорят о незавершенности сброса энергии на предыдущих фазах.
Каков физиологический механизм депрессии? В ситуации травмы был активирован огромный запас глубокой адаптационной энергии, необходимой для выживания. В процессе успешного прохождения фаз шока и гнева эта энергия была сброшена, выведена из организма. Но для успешной жизнедеятельности человек должен восстановить свои силы. Единственный выход — это максимальное расслабление, невозможное в обыденной жизни, т.е. депрессия. Нам знакомо чувство опустошенности после успешного завершения очень трудного дела, на которое было затрачено много сил. В ситуации травмы действует тот же самый механизм (только многократно усиленный).
При всех индивидуальных особенностях протекания фазы депрессии (об этом ниже) существует общая для всех, в любых случаях возникающая тема. И сам человек, и все, кто ему помогает, сталкиваются с ощущением того, что происходящее бесконечно. Это главная особенность фазы — иллюзия бесконечности депрессии. «Боль продолжается, и продолжается и у нее нет конца». Однако объективным фактом является то, что всегда при естественном, т.е. без посторонних помех, протекании депрессии она заканчивается! Ее продолжительность всегда индивидуальна и зависит от:
• общих адаптационных способностей организма (врожденные особенности плюс опыт восстановления после дистресса);
• объема энергии, активированной в ситуации травмы.

Формы переживаний на фазе депрессии.

1. Изоляция, потеря идентичности и снижение самооценки. Одно из ведущих переживаний на фазе депрессии связано с ощущением изоляции — отделенности от внешнего мира. Следствием этого является разрушение идентичности. «Я больше не знаю, кто я есть» потому, что в повседневной жизни человек «узнает» об этом через контакт с другими. Во время депрессии взаимосвязь с миром прерывается, как следствие, теряется и ощущение своего места в нем. Как следствие изоляции у человека могут возникать ощущения беспомощности, ненужности и бесполезности.
2. Потеря смысла (веры и цели) У людей, склонных к рефлексии, проявления депрессии будут сосредоточиваться на утрате смысла. При этом все происходящее теряет то значение, которое было раньше. Всё «бессмысленно, всё является потерей времени» — вот лейтмотив этого аспекта депрессии.
Для правильной диагностики важно, что выражения, подобные фразе «жизнь несправедлива», произносятся на данной фазе без агрессии, но с апатией. В этом коренное отличие от схожих по форме реакций, наблюдаемых на фазе гнева. Повторюсь, что, несмотря на особенности, ведущей характеристикой протекания этой фазы будет состояние «безволия» и апатии во всех отношениях. При этом все внешние воздействия (например, предложения «отвлечься») только усиливают депрессию. И это естественно, так как восстановление может произойти только в условиях полного покоя.
3. Потеря физического контакта. У людей, для которых наиболее значимым является мир телесных ощущений, депрессия часто выражается в потере ощущений собственного тела. Чувство пустоты при этом будет фиксироваться как телесное ощущение. Часто при таких проявлениях депрессию могут сопровождать трудности сна.

Формы переживания на фазе депрессии

Основной принцип — подавляется наиболее значимый для человека канал восприятия
• Изоляция и др. Подавление канала социальных связей
• Потеря смысла. Подавление связей с миром смысла
• Потеря физического контакта. Подавление связей с физическим миром
Можно заметить, что основной принцип, по которому строится «работа» депрессии, очень прост. Сильнее происходит снижение воздействия того канала восприятия, который в обычной жизни вызывает больше активности, т.е. более значим.

Фаза депрессии

Общее описание
Задача — горевание.
Основная фраза — «боль продолжается и продолжается, и у нее нет конца».
Форма проявления — снижение активности, апатия.
Критерий завершения — постепенное повышение

Фаза исцеления.

На этой фазе происходит выход на новый уровень существования. Правильно и полно пережив травму, мы, по выражению Б.Хеллингера, «становимся в чем-то больше». Внешне при этом мы можем наблюдать постепенное исчезновение, «таяние» симптомов.
Главная задача этой фазы — процесс эстетизации травмы, т.е. внесение ее в контекст «чегото большего». То, что произошло, становится частью моей жизни, имеющей определенное место.
По сути дела мы повторно раз за разом переживаем травматические события, но теперь уже с новыми силами. Возбуждение, накопленное из-за незавершенной ситуации, сброшено, энергия восстановлена, тогда мы можем восстанавливать связи между реальным временем и временем травмы (см. предыдущий раздел). Мы обучаемся помнить случившееся так, чтобы это давало нам силы жить дальше.

Фаза исцеления
Общее описание
Задача — введение травмы в контекст жизни.
Основная фраза — «я становлюсь в чем-то больше, чем раньше».
Форма проявления — повторные переживания травмы (в различных формах) без возбуждения.
Критерий завершения — исчезновение всех симптомов предыдущих фаз
Общий принцип протекания постстрессовой реакции заключается в следующем. Для естественного перехода на следующую фазу предыдущая должна дойти до логического завершения. Другими словами, чтобы идти дальше, человек должен полностью решить задачу, соответствующую текущей фазе.
Однако это идеальная схема. В реальной жизни развитие всегда идет неравномерно. В таком случае нерешенные задачи переносятся на следующие фазы. Этот процесс называется «фиксация». Тогда часть психики остается как бы «скованной», зафиксированной в предыдущей фазе, несмотря на то что человек в общем приступил к решению задач следующей фазы.
При этом происходит стирание симптоматики. Часто человек может демонстрировать с небольшим временным интервалом признаки шока, гнева и депрессии. Это затрудняет диагностику. Для того чтобы разобраться, нужно внимательно наблюдать и дифференцировать происходящее с человеком. Главный вопрос здесь — к какой фазе (к решению каких задач) относится то, что я сейчас вижу? Исходя из его решения, мы и будем оказывать помощь в естественном переживании травмы. Но об этом в третьей главе.

Принцип протекания постстрессовой реакции
Чтобы идти дальше (на следующую фазу), необходимо решить задачу текущей фазы


Назад к списку
Rambler's Top100

сОДЕЛУ ГЙФЙТПЧБОЙС